Компании — заемщики лишенного лицензии банка «Югра», прокредитованные на 270 миллиардов рублей, в массовом порядке банкротятся и ликвидируются, про это сообщили  в Центральном банке России. К настоящему моменту уже начаты процедуры ликвидации/банкротства в отношении 29 юрлиц, которые задолжали «Югре» 144,94 млрд руб.; в отношении еще 85 организаций с общим долгом в 125,5 миллиардов рублей также близка процедура банкротства. При этом, на 114 заемщиков — ликвидирующихся, банкротящихся и находящихся под угрозой банкротства — приходится почти весь объем задолженности по кредитному портфелю банка «Югра».

Ситуация крайне подозрительная, говорящая о возможных махинациях о которых уже неоднократно сообщалось. Так, первый заместитель председателя ЦБ Сергей Швецов в мартовском письме в Государственную думу заявлял, что банк «Югра» фактически не осуществлял в сколько-нибудь значимых объемах кредитование физических и юридических лиц, которые были бы не связаны с собственниками банка. В ходе обследования банка еще в июле 2017 года выяснилось, что 90% кредитного портфеля «Югры» приходится на связанный с проектами собственников банка бизнес. Банк «Югра» выдавал кредиты компаниям, объемы реального бизнеса которых не соответствовали размеру кредита, средства направлялись на реализацию бизнес-проектов бывшего собственника банка Алексея Хотина. Эти выводы подтверждаются тем, что после отзыва у банка лицензии обслуживание выданных юрлицам ссуд практически было прекращено, заявлял представитель ЦБ.

Как известно, ЦБ ввел временную администрацию в банк «Югра», основным бенефициаром которого являлся бизнесмен Алексей Хотин, 10 июля 2017 года. 28 июля ЦБ отозвал у «Югры» лицензию. На момент отзыва лицензии банк занимал 29-е место по размеру активов и 15-е место по объему вкладов. Еще в начале всей истории, комментируя отзыв лицензии у «Югры», глава ЦБ Эльвира Набиуллина назвала случившееся «крайне неприятным кейсом». По ее словам, собственники «Югры» создали «карманный» банк для финансирования своих проектов и при этом «крайне агрессивно» обходили ограничения регулятора. «Кредитный портфель был низкого качества, и большая часть залогового обеспечения была оформлена с признаками завышения стоимости», — пояснила Набиуллина.

С оценками Центрального банка бывшие собственники и руководство не согласны. Но это и не удивительно, не заявят же они, что действительно использовали средства вкладчиков и кредиторов банка для финансирования частных проектов, а проще говоря выводили и пускали на развитие бизнеса.

Обычному предпринимателю, как правило, трудно получить займ на развитие бизнеса, а кредиты если и дают, то под залог имущества. Учитывая это, доводы Центрального банка выглядят более правдоподобными, нежели заявления бывших владельцев банка. Как возможно такое, что почти все заёмщики вдруг стали банкротами? Причем практически единовременно. Причем заёмщики весьма крупные.

Случись череда настолько массовых банкротств крупных предприятий, для всей экономики региона это был бы настоящий крах, катастрофа экономическая и социальная. Реальные банкротства повлекли бы за собой повышение безработицы, вызвали бы лавину банкротств других их контрагентов, последовало бы высвобождение торговых и производственных площадей с дальнейшим снижением цен на недвижимость, что сказалось бы на снижении показателей экономики в целом регионе. Но этого не произошло, что лишний раз свидетельствует в пользу версии, что банкротства «бумажные» и фиктивные, предпринятые с целью не возврата средств, которые выдавались подконтрольным фирмам у которых официальные лица якобы не имеют отношения к банку. Для опытных финансистов и банкиров не составит особого труда запутать следы и скрыть истинных выгодоприобретателей фирм-заёмщиков.  В конечном же счете убытки понесут именно вкладчики-превышенцы и организации до которых никому нет дела.